Храм Архангела Михаила

 

Лениниана как мифотворчество: В.Маяковский и А.Вознесенский

leniniana

Обширная литературная лениниана стала не только идеологическим, но и подчас самобытным художественным явлением, в развитии которого обнаруживаются связи исторических и культурных эпох, а также мифопорождающие интенции образного мышления.

Подробнее: Лениниана как мифотворчество: В.Маяковский и А.Вознесенский

Вопросы психологии творчества в «Прогулках с Пушкиным» А.Синявского

пушкин

Эссе Андрея Донатовича Синявского «Прогулки с Пушкиным» (1966 – 1968, 1971) вызвало в свое время оживленную литературно-критическую дискуссию [1] и было прочитано в качестве одного из манифестов постмодернизма. Казалось очевидным, что Терц в «Прогулках…» «расчищает поле для постмодернистской игры и одновременно демонстрирует ее правила» [2, С.76], радикальным образом переосмысляет фигуру Пушкина ради того, чтобы «вырвать из жестких лап линейного детерминизма русскую литературу» [2, С.76] и утвердить сам тип писателя-постмодерниста [3]. При всей обоснованности подобного подхода, не вполне проясненным остается вненаправленческий смысловой потенциал этого текста, который оказывается шире мировоззренческих и эстетических установок постмодернизма, отчасти вступает с ними противоречия, отражая ведущие тенденции художественного и порой созвучного ему литературоведческого сознания ХХ в.

Подробнее: Вопросы психологии творчества в «Прогулках с Пушкиным» А.Синявского

Личность и история в романе Л.Улицкой «Лестница Якова»

29335 900

Новый роман Людмилы Улицкой «Лестница Якова» (2015) охватывает значительные исторические пласты с конца ХIХ в. до современности. Отчасти развивая сюжетно-композиционные решения, найденные в романе «Даниэль Штайн, переводчик» (2006) и полагая в основу произведения письма из личного архива, автор художественно соединяет исполненное драматизма семейное предание и масштабное историческое полотно, которое вместило эпохальные события от кануна Первой мировой войны до нового рубежа столетий. Частное бытие, то властно подавляемое ходом истории, то стремящееся обрести от него автономию, становится в романе призмой художественного постижения действительности. В пространстве личной и родовой памяти далекие эпохи наслаиваются друг на друга, объективное авторское повествование вступает во взаимодействие с иными голосами, с обширным эпистолярным, дневниковым, документальным материалом.

Подробнее: Личность и история в романе Л.Улицкой «Лестница Якова»

Антропология литературы в статьях Н.Бердяева о Достоевском, Л.Толстом, А.Белом

berdyaev

         Взаимообогащение литературно-художественного и философского дискурсов явилось существенной чертой культурного ренессанса начала ХХ в. В сочинениях Николая Александровича Бердяева (1874 – 1948) многие религиозно-философские и антропологические идеи раскрываются в сопряжении с разнообразными литературоведческими штудиями, среди которых важное место занимают опыты монографического и сопоставительного анализа художественных миров Достоевского и Толстого, а также А.Белого, воплотившего в своей романистике пульсацию предреволюционной современности.

Подробнее: Антропология литературы в статьях Н.Бердяева о Достоевском, Л.Толстом, А.Белом

Святая Гора в русской литературе: книга Бориса Зайцева «Афон»

afon

Традиция изображения Афона в отечественной словесности формировалась в ХVIII – ХIХ вв. и находила воплощение в воспоминаниях паломников, очерковых произведениях (В.Григорович-Барский, Н.Благовещенский, К.Леонтьев, Н.Страхов и др.), а также в иноческой литературе о Святой Горе – книгах Святогорца (иеросхимонаха Сергия (Веснина)), инока Парфения (Агеева), монаха Азарии (Попцова).[1] Однако собственно художественное освоение этой темы открывается книгой «Афон» Бориса Константиновича Зайцева (1881 – 1972) – видного русского писателя Серебряного века и первой волны эмиграции.

Подробнее: Святая Гора в русской литературе: книга Бориса Зайцева «Афон»